1. Какая суть Книги притчей Соломона, что, в основном, в ней воспевается?
2. Является ли Соломон единственным автором написания этих притчей?
Книга Притчей является образцом письменности мудрых Израиля. Ее можно назвать сборником сборников. Безусловно, Соломон является основным автором данных притчей, однако не единственным. В Книге Царств говорится о Соломоне так: «И была мудрость Соломона выше мудрости всех сынов востока и всей мудрости Египтян. Он был мудрее всех людей, мудрее и Ефана Езрахитянина, и Емана, и Халкола, и Дарды, сыновей Махола, и имя его было в славе у всех окрестных народов. И изрек он три тысячи притчей, и песней его было тысяча и пять» (3Цар.4:30-32). Но это не означает, что в данном сборнике все притчи принадлежат ему. Мы видим, что некоторые из них записаны как «слова мудрых», некоторые главы приписываются Лимуилу и Агуру, аравийским мудрецам. Интересен и тот факт, что Книга Притчей составлена не как сборник отдельных произведений, но как одно целое произведение, имеющее воспитательный и назидательный характер. В целом, она призывает жить в мудрости, постигая ее. Притчи имеют иносказания, которые помогают через физический мир постигать духовный. В Еврейской Библии Книга Притчей находится в третьей части канона, в среде исторических и учительных книг, после Псалтыря и перед Книгой Иова. Притчи Соломоновы отличаются от других мудростей востока тем, что в них заложена мудрость, раскрывающая премудрость Божью. Эта Книга свидетельствует о Христе, открывая Его, как воплощенную мудрость. «…потому что немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков» (1Кор.1:25)… «…дабы утешились сердца их, соединенные в любви для всякого богатства совершенного разумения, для познания тайны Бога и Отца и Христа, в Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения» (Кол.2:2,3). В его притчах, мудрость, наводящая на мысли о премудрости Божьей и приводящая ко Христу, как к Спасителю, в Ком открылась мудрость имеющим страх Господень. С первых же стихов Книги Притчей Соломоновых открывается смысл и суть ее написания: «Притчи Соломона, сына Давидова, царя Израильского, чтобы познать мудрость и наставление, понять изречения разума; усвоить правила благоразумия, правосудия, суда и правоты; простым дать смышленость, юноше – знание и рассудительность; послушает мудрый – и умножит познания, и разумный найдет мудрые советы; чтобы разуметь притчу и замысловатую речь, слова мудрецов и загадки их. Начало мудрости – страх Господень; глупцы только презирают мудрость и наставление» (Прит.1:1-7).
3. Почему Иисус, обращаясь к Своим ученикам в одной из своих прощальных речей, упрекнул их, что они не любят Его, разве они не любили Иисуса? « Вы слышали, что Я сказал вам: иду от вас и приду к вам. Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня» (Ин.14:28).
«Вы слышали, что Я сказал вам: иду от вас и приду к вам. Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня» (Ин.14:28). Через этот эпизод мы в очередной раз видим, что ту любовь, которую мир называет любовью и которой ученики любили Иисуса, Он любовью не называет. Это – не безусловная любовь АГАПЭ, а человеческая любовь с примесью эгоизма. Именно этой любовью ученики любили Иисуса, и, к сожалению, сегодняшний христианский мир мало чем отличается от них. Бога любят для себя, любят потому, что с Ним хорошо, в Нем хорошо, и Он дает благо.
Безусловная любовь Бога, определенная греческим словом АГАПЭ, не имеет ничего общего с другими формами душевной любви. Любая другая форма любви зачата от эгоизма, хотя и не всегда себя так выражает. Эгоизм – это также любовь, но душевная. Человек любит именно ею всех и все. Это иногда настолько скрыто добрыми и жертвенными поступками, что даже и в голову не придет, что это – эгоистическая любовь. Но человек всегда любит для себя, другой любви у души просто не бывает. Бог же, любовью, то есть, АГАПЭ, ее вообще не называет, поэтому и выходит, что в глазах самого человека, и даже окружающих его, он имеет любовь, и быть может даже жертвенную. Бог же говорит, что человек не имеет любви, потому что в нем отсутствует АГАПЭ. Отсутствие безусловной любви – это отсутствие истинной любви; все остальное – это эгоизм и его чувства. Когда Павлом описывается любовь, то описывается именно АГАПЭ: «АГАПЭ долготерпит, милосердствует, АГАПЭ не завидует, АГАПЭ не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. АГАПЭ никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» (1Кор.13:4-8). Многие, читающие Евангелие не на греческом языке, задаются вопросом: «Как возможно говорить Ангельскими языками, не имея любви, или же знать все тайны, передвигать горы и отдавать себя на сожжение, если не иметь любви, как говорит Павел?» То есть, не совсем понятно, как возможно без любви восхитить дары Духа Святого, достичь такой веры в себе, что передвигать горы? Как об этом говорит Павел: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы» (1Кор.13:1-3). Возможно ли жертвенно идти за Богом и, при этом, не иметь любви? Разгадка – в Самом Писании, где говорится именно о любви АГАПЭ, безусловной и истинной. Человек может, будучи, в первую очередь, душевным существом, а затем уже духовным, и Бога любить душевной любовью. В основном, народ Божий так и ходит в душевной любви за Господом, не возрастая любовью в АГАПЭ. Любя всей душой, человек и дары Духа Святого восхищает, и верой возрастает, так как чувство души тоже очень сильное. В Писании не говорится, что кто не имеет АГАПЭ, а имеет дары Духа Святого так, что может и горы передвигать и т.п., тот погибнет, но говорится, что нет ему в том пользы. Нет пользы человеку от его дел веры, если они основаны на эгоистической любви, потому что на суде, где все дела будут испытаны огнем, подобные дела душевной любви сгорят, как нечистота; впрочем, сами люди спасутся, как головня из угля. «Строит ли кто на этом основании из золота, серебра, драгоценных камней, дерева, сена, соломы, – каждого дело обнаружится; ибо день покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть. У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду. А у кого дело сгорит, тот потерпит урон; впрочем сам спасется, но так, как бы из огня» (1Кор.3:12-15). Вот почему нет пользы от такой жизни и от такой веры в эгоистической, душевной любви. Она все будет строить на эгоизме. Пользы человеку не принесут даже жертвенные поступки, если они были душевными, а не духовными, потому что и данные жертвы были принесены во имя собственной любви, а не во имя Бога. АГАПЭ – это не душевное чувство, а Дух Божий. Имеющий такую любовь живет по принципу: «любовь не ищет своего».
Там, где совершаются добрые поступки с целью осуществления собственных планов, уже проглядывает эгоизм. То есть, это – любовь, которая ищет свое, душевная и эгоистичная. К примеру, «Я пожертвую всем для того, чтобы ты был рядом». Что это, любовь АГАПЭ? Нет. Это – удовлетворение своей душевной любви. «Вы слышали, что Я сказал вам: иду от вас и приду к вам. Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня» (Ин.14:28). Но душевная любовь не думает о том: «А тебе от этого будет ли хорошо?», – но думает о том, что «мне от этого будет хорошо». «…любовь не ищет своего», а вернее «…АГАПЭ не ищет своего». Истинная любовь готова пожертвовать собой для того, чтобы хорошо было тому, кого она любит, а не жертвовать ради того, чтобы получить удовольствие. Там, где ищут своего, АГАПЭ нет. Вот и получается, что можно и жизнь отдать на сожжение, но в жертву собственного эгоизма, нет в том никакой пользы человеку, потому что все дела его сгорят в огне испытания истиной. В Небесах такие поступки не будут числиться, как поступки по любви, там есть только один вид любви – АГАПЭ. На ней все стоит и ею движется и созидается, ею другая форма любви будет осуждена, так как ничто нечистое в Небеса не войдет, и эгоистичная любовь также не войдет, со всеми ее делами. От душевной любви нет никакой пользы ни тому, кто совершает поступки по такой любви, ни тому, ради кого они совершаются, потому как могут и не являться добром вообще.
Душевная любовь безрассудна, поэтому и совершает безрассудные поступки, от которых бывает зло. «Он же, обратившись, сказал Петру: отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Мф.16:23). Душевная любовь небезобидна, она может быть и коварной, разрушающей судьбы людей, потому что требует жертвы для удовлетворения собственного эгоизма. А также именно душевная любовь умеет контролировать жизнь того, кого она любит для себя. Она всегда любит для себя, и этот контроль, порой, разрушает личность человека. Иногда она связывает его, делая его заком-плексованным. Она так же безрассудна, как безрассудно зло; только ее труднее выявить, так как она замаскирована любовью душевной, она выражена чувствами любви. Однако именно от нее может оказаться больше разрушений, чем от типичного зла, потому что от зла можно оградиться, предохранить себя, а от любви никто не предохраняется. Павел предупреждает во всех посланиях о том, что нельзя оставаться на уровне душевной любви, эгоистической. Во-первых, он объясняет, что истинной любовью является АГАПЭ, которую не являет ни одна форма душевной любви. Он объясняет, что вне ее и все хождение в вере – ничто, и пользы человеку это не принесет. Во-вторых, он же объясняет, что даже братолюбие должно переро-диться в любовь АГАПЭ для того, чтобы исполнить новую заповедь Иисуса Христа: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга» (Ин.13:34). Здесь также употребляется слово АГАПЭ, новая Заповедь в АГАПЭ. Если этого не происходит, то человек остается в любви с примесью эгоизма, а эгоистическое хождение исполнить Заповедь Божью не может. И, наконец, в-третьих, даже христианские браки должны основываться не на душевной любви мужчины к женщине (эрос), но на АГАПЭ. В общем, любые чувства любви вне АГАПЭ – вне Бога. Бог есть любовь АГАПЭ, и в ком ее нет, нет и Бога, как личности. Все душевное имеет свой конец, лишь духовное вечно. Если мы хотим в мире сем поступать как Он, то должны достичь в себе любви АГАПЭ, победив душевную любовь, покорив ее чувства любви Божьей; победить ее контроль над собственным сердцем для того, чтобы покорить свою душу любви АГАПЭ. Невозможно душевной любовью жить для ближних. Если присутствует душевная любовь, присутствует и эгоизм, а значит и жизнь – не в отвержении от себя, а для себя. Невозможно и Бога любить любовью душевной, тогда всегда будешь искать своего, а не того, что Божье, и к Его славе. Поэтому Иисус и упрекнул Своих учеников в том, что они не любят Его, потому что душевная любовь проявляет себя, как противление воле Божьей, а всякое противление Богу есть неправда, которая осуждена в присутствии света Божьей истины.
